Аменхотеп IV

Аменхотеп IV взошёл на престол в 1364 (по другой хронологии в 1375) г. до н. э. под тронным именем Неферхепрура («Прекрасное существование Ра»), к которому на втором году правления добавил имя Уэнра («Единственный, принадлежащий Ра»), тем самым декларативно подчёркивая свою приверженность гелиопольскому солнечному богу Ра, а не фиванскому Амну. Не позднее 4-го года царствования Аменхотеп IV женился на знатной египтянке Нефертити, презрев многовековую традицию царских браков: престол в Египте формально передавался по женской линии - фараоном становился супруг старшей дочери предыдущего фараона; Нефертити же не была дочерью Аменхотепа III. (Подобное пренебрежение к традиции выказал в своё время и Аменхотеп III, сделав своей «великой женой» дочь провинциального жреца Тию, будущую мать Аменхотепа IV.)

Изменив вере своих предков, этот фараон - реформатор на двенадцатом году своего царствования окончательно порывает с традиционным египетским многобожием и учреждает культ солнечного диска - Атона. По приказу царя в египетских надписях делаются попытки уничтожить не только имена богов, но и само понятие «бог ». Слово это стремятся заменить словом «властитель », а знак бога - знаком, обозначавшим фараона. Само солнце на завершающем этапе реформы мыслится не как бог, а как царь. Отныне в мире правят только два царя: Солнце - Атон и его сын Эхнатон - «Угодный Атону ».

Эхнатон словно довёл до логического конца восходящую ещё к эпохе великих пирамид концепцию о царе как «сыне Солнца » и не менее древнее представление о Солнце как о царе. С другой стороны, полное игнорирование Эхнатоном осирических представлений, ставших центральным моментом веры египтян в загробное преображение, уничтожение в надписях на заключительных этапах реформы самого слова «бог » и знаков, обозначающих бога, придают учению Эхнатона оттенок намеренного богоборчества.

Эхнатон же, «враг из Ахетатона », как его заклеймили более поздние тексты, «первый индивидуалист и религиозный гений в истории », один из самых жёстких египетских владык, творящих «силу против не знающего учения его » и «обрекающий мраку » своих противников, в конце своего правления весьма напоминает не просто отступника, еретика, но и несспровергателя веры в бога, заслоняющего собственной личностью своего «отца » Атона, несмотря на строгость соблюдений религиозной обрядности в служении Атону.