Образование компоста. Процессы


Слащинин Ю.И.

Что там - в компосте - происходит

Этот процесс из тех, которым можно легко заморочить головы. И если он вас не интересует, не читайте.

Отвечаю тем, кто любит докапываться до всех тонкостей даже там, где их выявить и уяснить очень трудно.

Научную тонкость не гарантирую, попытаюсь разъяснить главное, что необходимо для понимания сути производства органического ком­постного бактериального удобрения.

Итак, невидимая жизнь в компостном бурте кипит. Бактерии поедают свою пищу, основная из которых — клетчатка и крахмал.

Естественно, перепадает им и промежуточный продукт распада клетчатки и крахмала — глюкоза. Так что, ваша невидимая «скотинка» потчуется и десертом.

Но жизнь бактерий кратковременна. Умирая, они отдают в кругооборот жизни и смерти белок своих тел. А в белок, как известно, корме углерода, кислорода и водорода, входит ещё и азот. Причём в больших объёмах — 16-18 % от веса белка.

Вся эта белковая масса, пройдя всевозможные био­химические превращения (гниение), в конце концов, минерализуется и становится переГНОЕМ, а по научному — гу­мусом.

Больше переГНОЯ в почве — жирнее чернозём. В самый жирный, как говорил классик, можно сажать оглоблю, и вырастет тарантас.

Но... Ах, уж эти «но». Даже с навозом они подставляют нам ножку. Жалуется иной огородник: всё-то вроде сделал, как сосед. Но сосед урожай вывозит кузовами, а у меня вдосталь полакомиться не получается.

Что сказать? Не под­ражай слепо, делай всё с пониманием.

Если дело касается приготовления компоста, то надо знать хотя бы немного про азот, про то, как его получать и использовать в своих целях. Вообще-то, азота вокруг нас — океан; в воздухе его 78 %, да вот взять его трудно. Дорого.

Судите по стоимости азотных удобрений. Обойтись же без азота невозможно: он входит в состав клеток, как растений, так и животных. А потому, если не будет азота в нашем компосте, — грош ему цена. Как быть?

А всё так же. Проводить компостирование с пониманием происходящих процессов, и азот у нас появится не покупной, не привозной, а собственный и почти бесплатный.

Дело в том, что азота достаточно много содержится в органике. При её разложении микроорганизмами, сложные азотные соединения переходят в простые формы.

Выделяющийся при этом аммиак становится пищей нитрифицирующих бактерий, которых в навозе и в почве всегда содержится в громадном количестве.

Эти бактерии, используя кислород, окисляют аммиак превращая его в азотную кислоту, и в компосте (как и в почве) образуются её соли — селитра (нитраты и нитриты).

Этот важный для земледелия процесс, называемый нитрификацией, идёт более успешно при хорошем газообмене, в слабокислой или близкой к нейтральной среде.

По данным русского учёного С. П. Виноградского (патриот, многое сделал для России), нитрификация навоза в обычных условиях наступает после 33 дней и более, с начала компостирования.

Но, при более длительном компостировании в условиях недостатка кислорода, происходит обратный процесс денитрификации.

Это ведёт к тому, что нитраты восстанавливаются до молекулярного азота, превращаются в газ и безвозвратно теряются.

Отсюда следует практический вывод.

Во-первых, нитрификация навоза происходит быстрее, чем думают земледельцы, растягивая компостирование до года и полутора лет. Именно поэтому их компост «не уступают навозу».

Во-вторых, ускорение процесса может происходить только при постоянном присутствии кислорода, при аэрации.

Хотя, ферментация навоза может происходить не только в аэробном, но и в анаэробном процессе, то есть, без доступа кислорода. Может, но дольше и с потерями.

А потому, земледелец, почаще вороши свою компостную кучу или бурт, и дело пойдёт быстрее. Быстрее созревание — больше компоста — выше урожай.