Карнавал в Венеции

История карнавалов пережила множество взлетов и падений. Их традиция берет начало от языческого, еще дохристианского, праздника Римских Сатурналий. На время Сатурналий различия между господами и рабами как бы упразднялись - раб получал возможность поносить своего господина, сидеть с ним за одним столом. Более того, господин подносил рабу вино, а тот напивался, подобно свободным римлянам. На время праздника выбирали лжекороля - прообраз будущего шута, который в конце Сатурналий либо совершал самоубийство, либо погибал от ножа, огня или петли.

Когда на смену язычеству пришло христианство, на многие "варварские" обычаи, традиции и праздники был наложен запрет. Попал под него и этот праздник рабов и господ. Запрет продержался все средневековье. Но прошли столетия, и наступила эпоха возрождения. А чтобы не омрачать карнавал сословными предрассудками и, как во времена Древнего Рима, уравнять раба и господина, все надевают маски. Именно маски - основные действующие лица венецианского карнавала.

Но наивысшего расцвета и наибольшего блеска венецианские карнавалы достигли в 18 веке. Танцы на площадях и роскошные, шитые золотом и драгоценными камнями карнавальные костюмы становятся истинными образцами высокой моды. Появляют-ся сотни игорных домов, где проигрываются огромные состояния и где при неверном свете свечей и под покровом масок целуются, любят, изменяют законным мужьям и женам прекрасные венецианки и гордые венецианцы. (Не совершить грехопа-дение в карнавальные дни и ночи, когда падает бдительность суровой католической церкви, было просто неприличным.) Здесь же ревнивцы убивают соперников, и смерть во время карнавала считается особен-но почетной и даже желанной.

Именно тогда творит Карло Гольдони, именно тогда персонажи итальянской "комедии дель арте" превращаются в основных действу-ющих лиц карнавала. На улицы выходят сотни и тысячи Арлекино, Пьеро, Панталоне. А прелестная Коломбина становится эмблемой карнавала. С тех пор и по наши дни он начинается одинаково - с коло-кольни собора Сан Марко слетает привязанная к тонкой нити бумаж-ная голубка - Коломбина. В полете она взрывается и осыпает собрав-шуюся на площади толпу дождем из конфетти. А дальше идут маски, маски, маски...

Уже в наши дни от 100 до 200 тысяч человек с разных концов мира назначают друг другу свида-ния в Венеции в дни карнавала. Гигантские автомобильные пробки на въезде в город. Гигантские людские пробки у входа на площадь Сан Марко. Безудержная фантазия, беспредельное веселье, безостановочная музыка, бессонные ночи - вот что такое карнавал. И бесконечная грусть, когда он заканчивается.

В течение всего года в Венеции можно купить карнавальные маски и костюмы, которые на несколько дней изменят вашу внешность, а может быть, и вашу жизнь. Детские мечты, юношеские грезы, устремления зрелого человека, старческие надежды - все-все может исполниться в эти дни. Достаточно лишь надеть маску, забыть о реальности и слиться с карнавальной толпой, над которой витают дух Чуда, ощущение Праздника и аромат Любви.

Словно яркий луч весеннего солнца, врывается карнавал в сырую и туманную венецианскую зиму. И в одно мгновение она расцвечивается золотом костюмов, серебром кружев, небесной лазурью накидок, кармином плащей, зеленью венков.

Однако среди этого буйства красок как напоминание о вечном нет-нет да и промелькнет черная маска Смерти, Помни, человек, все проходит! А потому веселись, гуляй, пей, пой, танцуй, люби сегодня. Ведь завтра не будет НИЧЕГО.

Именно в этом особенность венецианского карнавала и его отличие от множества других. Только ему присущи такие мистика и магия, особая эфемерность. Быть может, этим он обязан зимнему туману, который, словно вуаль, прикрывает фигуры в масках, придавая им еще большую таинственность и загадоч-ность? А может, виной тому сама погружающаяся на дно залива Венеция?

Шествием жонглеров и паяцев, дьяволов и архангелов начинается карнавал. А заканчивается он сжиганием чучела (помните казнь лжекороля в Древнем Риме?) и всеобщими танцами на площади Сан Марко. Между этими событиями - вечность, в которую вмещается вся жизнь.